Feeds:
Записи
Комментарии

Posts Tagged ‘восстановление участия’

Переплетения: беседы нарративной практики с христианской верой. (2008). Сборник статей под редакцией Ирэн Александер и Ричарда Кука

Alexander, I. & Cook, R. (Eds.) (2008). Interweavings: Conversations Between Narrative Therapy And Christian Faith. CreateSpace Publishers.

Обзор подготовлен Дарьей Кутузовой

Введение

Обучение консультированию занимает важное место в подготовке священников и пасторов, миссионеров и старост прихода, и в последние годы все чаще на первый план выходит вопрос о потенциальной пользе и возможных рисках, связанных с применением нарративного подхода. Как возможно верующему человеку применять к себе и окружающим постмодернистский подход? Может ли верующий консультант работать с неверующим клиентом и уважать его позицию, не скатываясь в миссионерство? Может ли верующий клиент рассчитывать, что, придя к нарративному консультанту, он сможет говорить о том, что ему важно, о своем духовном опыте и пути, о своих отношениях с Историей, описанной в Евангелии, и с Церковью? Есть ли гарантии, что его выслушают, смогут говорить с ним на его языке, не будут игнорировать или патологизировать самую важную часть его жизни?

Действительно, основная сложность, с которой, по мнению авторов различных глав этого сборника, сталкиваются верующие, осваивающие нарративную практику, состоит в том, что христианская вера есть вера в Истину, которая есть Путь и Жизнь, а постмодернистские подходы отказываются от приложения к различным описаниям мира критерия истинности/ложности. Но значит ли это, что нарративный подход, грубо говоря, «бесовщина», и доброму христианину стоит держаться от него подальше, и пользы ему от этого подхода заведомо не будет? Значит ли это, что нарративный подход неизбежно разрушит основы веры христианина, ввергнет его в пучину сомнений, и тем самым сделает более подверженным разного рода искушениям?

А может быть, получится поставить вопрос по-другому? Например, так:

(далее…)

Read Full Post »

Работа с подростками, совершившими сексуальное насилие:
создание новой территории идентичности

Джон Р. Стиллман

Джон работает терапевтом и преподавателем
в терапевтическом центре Кенвуд,
2809 Wayzata Avenue South, Minneapolis, MN 55405.
С ним можно связаться по электронной почте:
jrs@visi.com

Оригинал статьи опубликован в The International Journal of Narrative Therapy and Community Work, 2006, #1, pp. 32-38

Перевод Александры Бочавер под редакцией Дарьи Кутузовой

Введение

Сексуально окрашенные прикосновения подростков к детям помладше – серьезная проблема. Недавние исследования показали, что каждая четвертая девочка и каждый восьмой мальчик хотя бы раз в жизни подвергались сексуальным домогательствам и сексуально окрашенным прикосновениям (Berliner & Elliot, 2002). Из всех случаев сексуальных надругательств над детьми сорок процентов совершаются более старшими детьми и подростками (Chaffin, Letourneau & Silovsky, 2002). Подобная статистика ужасает, и, по крайней мере в США, отношение к подросткам, совершающим такого рода действия, все больше уподобляется отношению к взрослым людям, совершающим преступления сексуального характера. В особенности, если речь идет о позиции юристов. На детей и подростков навешивается ярлык «преступников», их приговаривают к  соответствующим формам наказания, и со временем они могут сами начать считать и называть себя «насильниками»; это становится неотъемлемой частью их идентичности.

В своей практике я часто наблюдал ситуации, когда на подростков навешивались ярлыки «извращенцев» или «насильников». Эти подростки теряли доступ к другим областям своей жизни, которые могли бы стать опорой для принятия ответственности за собственное поведение и помочь избежать повторения подобных поступков. Эти подростки часто слышат истории о том, что дурного совершили другие; с ними обращаются в первую очередь как с «насильниками»; это стирает индивидуальность, мешает занять и освоить другую территорию идентичности, не связанную с осуществлением насилия.
(далее…)

Read Full Post »

Альфонсо Диас-Смит, Мексика
http://dulwichcentre.com.au/michael-white-archive.html#mexico

перевод Дарьи Кутузовой

Сегодня я пришел в детскую библиотеку, чтобы написать этот текст. Это место всегда напоминает мне о Майкле Уайте, о его любознательном восхищении и о том, как важно было для него «остраннять привычное». Когда я думаю о том наследии, которое оставил Майкл, в голову сразу приходит столько идей! Я вспоминаю о наших с ним разговорах, о семинарах, которые я посетил, о том, какой азарт я испытывал, думая о возможностях, открываемых его идеями. В особенности мне запомнились такие его слова:

«В начале беседы совершенно невозможно предсказать, где мы окажемся к концу… мы едем не по скоростному шоссе, а по максимально живописному маршруту».

«У каждого человека есть умения смыслопорождения, мы побуждаем людей делать то, что они уже и так делают, — люди всегда рассказывают истории».

«Ни один человек не является «пассивным реципиентом» своего жизненного опыта».

«Наша ответственность состоит в том, чтобы создавать контекст, в котором выражение жизненных переживаний будет целительным, а не ретравмирующим».

«Мы — ученики по жизни, если мы не можем критически взглянуть на нашу собственную работу, тогда, значит, нам пора прекращать заниматься тем, чем мы занимаемся, потому что мы становимся опасны для людей».
(далее…)

Read Full Post »

Сара Уолтер и Мэгги Кэри

статья, опубликованная в журнале Context, October 2009, pp. 3-8

перевод Вадима Виниченко

статья любезно предоставлена для перевода и публикации на русском языке Сарой Уолтер, с разрешения издателя журнала Context

Введение

Как правило, люди стремятся к встрече с терапевтом потому, что они недовольны тем, что происходит в их жизни, и хотели бы изменить существующее положение дел.  Эта статья посвящена исследованию некоторых широких следствий для практики, вытекающих из представлений об идентичности, делающих акцент на различиях и возможностях, а также описанию связи этих представлений с целями и практикой нарративной терапии. В частности, в статье рассматривается то, каким образом идеи Жиля Делеза открывают возможности для терапевтической практики, ориентированной на поддержку наших собеседников в их движении от того, “как обстоят дела” к тому, как “дела могли бы обстоять”, движении от “бытия” к “становлению”.

(далее…)

Read Full Post »

Исследование «клиентского» опыта людей в нарративной терапии:
Признание вклада «клиента» в то, что работает в терапевтических беседах

Аманда Редстоун

Статья, опубликованная в Международном журнале нарративной терапии и работы с сообществами, 2004, № 2
оригинал статьи находится на сайте http://www.theinstituteofnarrativetherapy.com

перевод Дарьи Кутузовой

Мне довелось в жизни поработать в разных терапевтических подходах – и в разных подходах побыть «клиентом». Я осознаю, что в культуре существуют дискурсы, отдающие привилегированное положение профессиональному опыту консультанта в том, чтобы оценить терапию как «успешную»; при этом любые «терапевтические неудачи» размещаются внутри «клиента» — в форме «отрицания», «сопротивления» и т.п. У меня подобное понимание вызывает ощущение, что нечто очень важное оказывается упущенным. Мне интересно находить такие способы расспрашивания людей, обращающихся за помощью, о том, что для них работает, чтобы их собственный вклад в терапевтические беседы оказывался признанным. Вот некоторые из вопросов, которые я пытаюсь исследовать:
— как люди воспринимают нарративные терапевтические беседы?
— каким образом нарративный способ говорения, а также понимания мира, соотносится к предпочитаемыми убеждениями и ценностями самого человека?
— как люди относятся к тому, что у них спрашивают, что для них оказалось максимально полезным в терапевтической беседе?
— каким образом эти вопросы могут сделать так, чтобы отношения власти в терапии оставались видимыми?
— как можно так структурировать эти вопросы, чтобы это способствовало более насыщенному описанию заявлений людей о собственной идентичности, а также развитию альтернативных, предпочитаемых историй их жизни?

(далее…)

Read Full Post »

(отчет Дарьи Кутузовой о проведении групп «Что такое хороший вопрос в нарративной практике?» в Санкт-Петербурге и Москве)

Двенадцатого сентября в Питере и пятнадцатого сентября в Москве прошли 3,5-часовые группы «Что такое хороший вопрос». Присутствовало в сумме 18 человек. В начале каждой встречи я рассказывала о том, что задача нарративного практика — это помощь человеку, обратившемуся на консультацию, в создании насыщенного описания его предпочитаемой истории (я объясняла отличия «насыщенного» описания от «бедного», и подчиненной предпочитаемой истории от доминирующей проблемной). Далее я напомнила участникам об основных техниках нарративного подхода, в рамках которых происходит задавание вопросов, т.е. об экстернализации, пересочинении (с акцентом на «сшивание» ландшафтов действия и сознания), восстановлении участия, свидетельском отклике и «отсутствующем, но подразумеваемом». После такого очень краткого введения в нарративный подход мы начинали тренироваться.

Работали мы в следующем режиме: рассказчик рассказывал короткую историю в течение примерно 5 минут; далее в течение 3 минут все участники формулировали вопросы; затем все желающие по очереди озвучивали вопросы, а рассказчик и ведущий давали обратную связь по тому, насколько тот или иной вопрос являлся «хорошим». Далее, если было время, рассказчик мог выбрать один из предложенных ему вопросов и ответить на него в течение 5 минут, после чего цикл повторялся.

(далее…)

Read Full Post »

статья Шоны Рассел, Мониры Рахман, Маргарет Райан и сотрудников Фонда помощи пострадавшим от кислотного насилия, опубликованная №№3-4 Международного журнала нарративной терапии и работы с сообществами за 2006 год.

перевод Оксаны Стольниковой под редакцией Дарьи Кутузовой


Фонд помощи пострадавшим от кислотного насилия расположен в Дхаке (Бангладеш). Он оказывает помощь людям, пострадавшим от кислотного насилия. Бангладеш занимает первое место в мире по числу случаев кислотного насилия. Эта форма насилия особенно ужасна и разрушительна, если кислоту выплеснули человеку в лицо для того, чтобы лишить его привлекательности. Кислотный ожог может стать причиной серьезных и необратимых физических дефектов, которые существенно подрывают чувство собственного достоинства; пострадавшие подвергаются маргинализации и  остракизму со стороны общества. Кислотное насилие является уголовным преступлением, но в большинстве случаев  преступник остается безнаказанным из-за неэффективной работы полиции и прокураторы и их нежелания заниматься такими делами.

Большинство из тех, кто обливает своих жертв кислотой, мужчины, а большинство жертв – женщины. Исследования, проведенные в Фонде помощи пострадавшим от кислотного насилия, позволили выделить несколько причин нападения на женщин, среди них: отказ от замужества или дальнейшего развития отношений, нежелание вступать в сексуальный контакт,  вопросы, связанные с приданым девушки и внутрисемейные разногласия из-за земли. Фонд обеспечивает людей, переживших кислотное насилие, медицинским уходом, консультативной помощью, правовой поддержкой и поддержкой в  социальной реинтеграции. Второе направление организационной работы фонда включает поиск способов прекращения кислотного насилия, в частности, множество открытых образовательных программ и общественных мероприятий.

(далее…)

Read Full Post »

« Newer Posts - Older Posts »