Feeds:
Записи
Комментарии

Posts Tagged ‘коллективные нарративные практики’

Джон Кологон

Оригинал статьи находится здесь www.dulwichcentre.com.au/explorations-2010-2-john-cologon.pdf
Перевод Дарьи Кутузовой

В этой статье описывается прием нарративной работы в группах и сообществах, выстроенный на основе метафоры приключения. Во время школьного выезда группа из 110 одиннадцатилетних детей была дважды ограблена. В помещения, где они ночевали, кто-то проник, были украдены вещи. Очень короткий временной период, выделенный для дебрифинга, был использован для того, чтобы познакомить детей с метафорой приключения и создать пространство для того, чтобы дети начали конструировать историю, где они были бы сильными, — в качестве альтернативы истории о беспомощности и виктимности, в которую они изначально оказались захвачены.

(далее…)

Read Full Post »

Рут Плазник, Наташа Киш-Синеш

Рут и Наташа работают в государственном Центре психического здоровья Оолаген в Торонто. Рут также является одним из учредителей и преподавателей Центра нарративной практики в Торонто. Матери Рут и Наташи страдали от психических заболеваний.

оригинал статьи находится здесь: http://www.dulwichcentre.com.au/new-narratives-for-parents-with-mental-health-difficulties.pdf

перевод Дарьи Кутузовой

 

В каждой культуре есть свои истории о том, что значит «быть хорошим родителем». В Канаде это значит – обладать ресурсами для того, чтобы обеспечивать ребенку согласованный уход, непротиворечивое воспитание, мочь ставить потребности ребенка выше, чем свои собственные; обладать знаниями и умениями, позволяющими справляться с трудностями родительства в самых разнообразных обстоятельствах. Данное определение исключает из числа «хороших» тех родителей, которые любят своих детей, но страдают от своих собственных проблем и сложностей, мешающих порой заботиться о детях и удовлетворять их нужды. Таких родителей в нашем обществе зачастую сурово осуждают, а их собственный опыт того, что значит быть «отцом» или «матерью» неправильно истолковывается, преуменьшается или отбрасывается как не имеющий отношения к делу. В число таких родителей входят и те, кто страдает от психических заболеваний.

В 2006 г. Далвич-центр (Аделаида, Австралия) пригласил нарративных практиков со всего мира поучаствовать в проекте по сбору историй о семьях, в которых один из родителей страдал от психического заболевания (Russell et al., 2006). Более конкретно, Далвич-центр был заинтересован в рассказах, которые можно было бы противопоставить доминирующим проблемно-насыщенным историям о жизни в подобных семьях, — в рассказах, где родители, страдающие от психических заболеваний, ценились бы, а не обесценивались.

Мы (Рут и Наташа) работаем в центре психического здоровья в округе Оолаген, Торонто; наш центр ориентирован на помощь детям и их семьям таким образом, чтобы происходило восстановление социальной справедливости. Мы обрадовались возможности присоединиться к Далвич-центру в сборе и создании более вдохновляющих и рождающих надежду историй для семей, где у одного из родителей есть психическое заболевание. В данной статье мы опишем некоторые нарративные идеи и практики, которыми руководствуемся в своей работе; эти идеи и практики создают пространство, чтобы были услышаны голоса самих родителей и детей, а также для того, чтобы их опыт, их отношения и их истории были описаны «с обеих сторон».
(далее…)

Read Full Post »

Семена и воздушные змеи

В августе 2009 года у нас состоялось женское собрание в Гелатао. Мы собрались вместе, приехав из разных сообществ — Санта-Иа Соогочи, Хосаа, Асунсьон Лачиксила, Сантьяго Комальтепек, Икстлан, Сан-Хуан Аналько, Санта-Гертрудис, Гелатао, Вальес-Сентралес, Этла, а также к нам присоединились женщины из Германии и Испании. Мы назвали это собрание «Сажать семена», потому что мы много знаем о том, как заботиться о земле, а также взращивать отношения и делать жизнь возможной. Мы собрались вместе с намерением спросить себя и друг друга, какие традиции мы хотели бы посадить, чтобы они дали ростки, улучшающие нашу жизнь, — чтобы жизнь в наших сообществах становилась лучше. Сейчас мы составляем этот документ в надежде, что наши голоса могут быть услышаны, могут получить признание, что могут создаться отношениях поддержки. Мы надеемся, что то, что мы здесь скажем, окажется полезным для других женщин, оказавшихся в подобных ситуациях. Мы составляет этот документ в надежде, что все вместе мы сможем признать, что подвергаемся насилию, уродующему наши жизни, и сумеем остановить его.

(далее…)

Read Full Post »

Нарративный коучинг в организации после самоубийства сотрудника

 

pierreПьер Бланк-Санун, коуч и консультант по развитию организаций, живет в Бордо и работает в нарративном подходе – с отдельными людьми, командами и целыми организациями. Пьер – автор книг и статей о том, как стать автором своей профессиональной судьбы. С ним можно связаться по электронной почте pierre@cooprh.com

В данной статье описывается применение нарративной практики в контексте профессионального коучинга с сослуживцами человека, совершившего самоубийство. Используя экстернализующие беседы, практики внешнего свидетельствования и некоторые вопросы из сферы нарративной работы с сообществами, автор описывает способ работы, способствовавший большей групповой сплоченности в ситуации сильного дистресса в организации.

оригинал статьи опубликован здесь: http://dulwichcentre.com.au/explorations-2009-1-pierre-blanc-sahnoun.pdf Перевод Дарьи Кутузовой

В четверг, 12 апреля 2007 года, вернувшись с работы, Жан-Луи Марки припарковал машину перед домом и достал из багажника своего «Пежо 407» охотничье ружье,  сел за руль и выстрелил себе в рот.

(далее…)

Read Full Post »

Групповая работа с семьями, попавшими в трудную жизненную ситуацию

Материал подготовлен Т.Арчаковой и Д.Кутузовой

Различные тяжелые жизненные ситуации (хронические болезни, бедность, злоупотребление психоактивными веществами, правонарушения и пребывание в местах лишения свободы и пр.) оказывают сильное влияние на жизнь семей, которые в результате оказываются «на обочине жизни», т.е. оказываются маргинализованными. В результате воздействия разнообразных проблемогенных факторов семьи могут придти к обобщающее-негативным заключениям о себе – о том, что они «не справляются», что в них самих «что-то не так», и что они мало что могут сделать, чтобы изменить ситуацию.

Нарративный подход особым образом «заточен» для работы с маргинализованными группами населения. В нем уделяется много внимания способам описания проблем – и людей, страдающих от этих проблем; задача работы – (вос)создание предпочитаемой истории; при этом взаимодействие работников с теми, с кем ведется работа, по возможности партнерское, неиерархическое, коллаборативное (сотрудничающее).

Питер Френкель, Томас Хэймлайн и Мишель Шэннон из США* работали с несколькими семьями, живущими в приюте для бездомных, в формате дискуссионной группы, используя техники и приемы нарративного подхода. В силу существующих различий культурного и социального контекста, едва ли возможно прямо перенести их опыт в контекст работы с бездомными в России, однако общая ориентация и конкретные приемы работы могут оказаться полезными для оказания помощи семьям, попавшим в иные трудные жизненные ситуации.

(далее…)

Read Full Post »

очерк Дарьи Кутузовой

Августа Д., пациентка Алоиса Альцгеймера, 1901 г.

В подавляющем большинстве случаев рассказы, истории и отчеты о любых дегенеративных заболеваниях представляют собой «последовательности порчи/поражения» (в терминах Д.Макадамса): «становится только хуже, и повернуть процесс в обратную сторону невозможно». Ситуация, когда человек поражен болезнью Альцгеймера — не исключение.

История, которая создается и транслируется в таком случае как медицинским персоналом, так и близкими и знакомыми больного человека, так и более широким сообществом, весьма безрадостна. Сначала человек забывает отдельные слова, забывает, зачем пошел куда-то, теряет ключи… но потом то, что можно было списать на усталость и рассеянность, усугубляется. Человек забывает важные события из собственного прошлого, эти провалы в памяти могут замещаться более или менее правдоподобными конструкциями. Представьте, как это переживается изнутри — когда что-то как будто разъедает опоры внутреннего мира, то, что позволяет человеку узнавать самого себя. Там, где раньше было можно на что-то положиться, возникает дыра. Это очень страшно — как будто под сильным ветром отрываются и улетают в никуда кусочки тебя.

(далее…)

Read Full Post »

Десять тем коллективной нарративной практики

Фрагмент из книги Дэвида Денборо «Коллективная нарративная практика», стр. 198-200.

Перевод Дарьи Кутузовой

1. Слушая и пытаясь откликнуться на истории, которыми с нами делятся отдельные люди и сообщества, мы можем понимать эти рассказы как отражение не только личного опыта, но и последствий более широких социальных проблем.
2. Какой бы тяжелой ни была ситуация, связанная с насилием, травмой и отчаянием, люди, группы и сообщества всегда что-то делают, чтобы справиться, совершают какие-то поступки. Они предпринимают шаги, чтобы ограничить влияние пагубных последствий происшедшего, загладить вред и/или позаботиться о других, защитить их.
3. Вместо того, чтобы придавать направление работе с этими сообществами, мы можем видеть свою роль создании контекстов для выявления и более насыщенного описания поступков людей, их инициатив и особых умений, связанных с исцелением. В частности, наша задача – помогать выявлять и насыщенно описывать умения, ценности, надежды и мечты, подразумеваемые в откликах людей на травмирующую ситуацию, а также историю появления и развития этих умений, ценностей и пр. в жизни людей, в их сообществах и в культурном контексте.

(далее…)

Read Full Post »

Впервые опубликовано в журнале «Постнеклассическая психология» 2005, № 1(2) http://narrativepsy.narod.ru/num1-2005_118.html

НАРРАТИВНЫЙ ПОДХОД —
НЕ ТОЛЬКО В ТЕРАПИИ
Участники московского нарративного сообщества беседуют
с Джилл Фридман*

<В начале марта 2005 года Москву посетила Джилл Х.Фридман, соавтор (вместе с Джином Комбсом) достаточно известной в узких кругах книги «Конструирование иных реальностей» (оригинальное название — «Нарративная терапия»). Состоялись два тренинга (пятидневный интенсив и двухдневный тренинг по нарративной супружеской терапии), а также Джилл нашла время и возможность побеседовать с нами. Фрагменты этой беседы мы и публикуем здесь с ее разрешения.

(далее…)

Read Full Post »

это продолжение перевода статьи Дэвида Эпстона «Со-исследование: создание альтернативного знания. Оригинал статьи находится здесь , а первая часть перевода — здесь

Архивы Лиги «Анти-анорексия/Анти-булимия»

Я достаточно кратко изложил здесь историю со-исследования. Позвольте мне теперь перейти к тому, что я уже десять лет называть «Архивами Лиги «Анти-анорексия/Анти-булимия»». До недавнего времени проблема так называемой анорексии/булимии поглощала меня практически полностью. Если мы как следует прислушаемся к Анти-анорексии, мы сможем услышать, что и как говорит сама Анорексия. Но она не говорит нам, зачем и ради чего она произносит все это. Раскрыть и исследовать ее смысл и намерения – наша общая задача. Каким образом Анорексия входит в жизнь девушки или молодой женщины, каким образом она некоторое время выдает себя за жизнь, прежде чем стать жестоким чревовещателем? Очень страшно, что слова, произносимые столькими людьми на множестве языков, в сущности, одни и те же. Возможно, в силу этих причин нам следует разобраться, что же это за «сила» такая, которая дергает за ниточки и управляет столькими жизнями? И более того, каким образом эта «сила» сплетает столько смертельных сетей, в которых запутывается столько юных жизней? Каким образом эта «сила» высасывает из них кровь надежды, так что единственное, что становится возможно представить – это аннигиляция, «схождение на нет»? Каким образом Анорексии удается так замаскироваться, что она оказывается способна продвигаться, практически не вызывая сопротивления или какого-то отклика общественности? Предательская власть и «сила» Анорексии таковы, что она просачивается очень много куда и заставляет девушек и молодых женщин пытать и насиловать себя, а сама остается в тени, как злонамеренный преследователь. Анорексия не просто заявляет о своей невиновности, она идет дальше. Она теперь внушает девушкам и молодым женщинам, что только она способна освободить их из сетей, в которые она же их и поймала. Она внушает им, что лишь следование жесткому режиму правил и предписаний Анорексии приведет их к свободе. Очень скоро они понимают, что удовлетворить требования Анорексии невозможно, и что их путь отныне – «диета-к-смерти». Любая попытка достичь стандарта, заданного Анорексией, и неизбежная неудача этой попытки, еще плотнее затягивает в страшную сеть. И сеть начинает сворачиваться, медленно, но верно выдавливая из своих жертв жизнь.

(далее…)

Read Full Post »

это первая часть перевода статьи Дэвида Эпстона «Со-исследование: создание альтернативного знания», оригинал которой выложен здесь: http://dulwichcentre.com.au/DavidEpstonarticle.htm

Я придумал термин «со-исследование» в совершенно особых обстоятельствах: мне нужно было описать для себя самого и для других практику, существенно отличавшуюся от семейной терапии конца 1970х. Примерно в это время началось крайне важное для меня сотрудничество с доктором Иннес Эшер, врачом-пульмонологом на кафедре педиатрии медицинского факультета Оклендского университета. В фокусе нашего сотрудничества была помощь детям и подросткам, страдавшим от хронических тяжелых и угрожающих жизни форм астмы, — а также помощь их родственникам. Как я выяснил, у подобного страдания не было «голоса», не было слов, которыми можно было бы его описать, и, соответственно, ему не было места в биомедицинском дискурсе. Его очень тщательно исключали из рассмотрения. «Хороший пациент» спокоен и терпелив, и такое поведение, без сомнения, ожидалось от всех членов семьи. Однако подобные угрожающие жизни астматические приступы могли случаться в любое время дня или ночи, и было похоже, что наступают они внезапно, без предупреждения.
(далее…)

Read Full Post »

Older Posts »