Feeds:
Записи
Комментарии

Posts Tagged ‘церемония признания самоопределения’

Перед вами — четвертая глава из книги Шоны Рассел и Мэгги Кэри «Нарративная терапия в вопросах и ответах». Шона и Мэгги любезно дали разрешение на перевод и некоммерческое распространение этой книги. Перевод выполнен Дарьей Кутузовой, редактирование — Александрой Павловской. Мы благодарны Лене Ремневой за помощь в подготовке текста.

Данный материал изначально был опубликован в первом номере Международного журнала нарративной терапии и работы с сообществами за 2003 год.

 

1. Что значит «внешний свидетель»?

В рамках нарративной практики внешними свидетелями называются приглашенные люди, «аудитория» для терапевтической беседы — некая третья сторона, призванная слушать, свидетельствовать, признавать предпочитаемые истории и заявления об идентичности человека, обратившегося за консультацией. Внешние свидетели могут быть частью существующего «круга» этого человека — родственники, друзья и т.д., или же они могут не принадлежать этим социальным сетям. Это могут быть специалисты в области помогающих профессий ( и представлять собой «рефлективную команду». Или же они могут быть их числа бывших клиентов, обращавшихся ранее за консультацией по сходным проблемам и согласившихся помогать в теравпевтической работе другим людям, когда это необходимо. Внешние свидетели могут присутствовать на одной отдельной встрече или, если это группа профессионалов, работающих вместе, регулярно приходить на терапевтические сессии.

Когда присутствует более чем один внешний свидетель (особенно если это команда, работающая вместе), члены команды помогают друг другу формулировать свои отклики. Например, после высказывания одного из внешних свидетелей другой может задать ему несколько вопросов о том, что только что было сказано, чтобы весь процесс стал более осмысленным. В то время, когда внешние свидетели разговаривают друг с другом, человек, обращающийся за консультацией, слушает и не вмешивается в разговор.

(далее…)

Read Full Post »

статья Д.Кутузовой, опубликованная в Журнале практического психолога №2 за 2011 г., стр. 23-41

Введение

В последние 10 лет на постсоветском пространстве получает все большее распространение нарративный подход к терапии и работе с сообществами. Слово «нарративный» образовано от латинского «narrare» — «повествовать, рассказывать». У истоков этого подхода стоят австралиец Майкл Уайт (1948-2008) и новозеландец Дэвид Эпстон (род. в 1944 г.). В начале 1980-х они начали сотрудничать, стремясь усовершенствовать свою практику, привести ее в соответствие со своими жизненными ценностями и принципами, а также противостоять «психотерапевтической колонизации» своих стран прозелитами различных зарубежных психотерапевтических школ. В 1989-90 гг. они опубликовали книгу, описывающую основные принципы своего подхода к работе, и именно тогда подход был обозначен как «нарративный»[58] (до этого они говорили об использовании «текстовой метафоры» и «метафоры ритуала перехода» в работе с людьми).

Теоретическую и методологическую основу подхода составляют идеи драматургической социологии (Э.Гоффман [41, 42, 43]), антропологии переживания (В.Тернер [58], Б.Майерхоф [48, 49], К. Гирц [5]), педагогики освобождения (П.Фрейре [37, 38, 39, 40], М.Хортон [24, 45]), феминизма [54], французской философии постструктурализма (Ж.Деррида [7, 8, 9, 35], М.Фуко [20, 21, 22], Ж.Делез [6]), нарративной психологии (Дж.Брунер [3, 28, 29, 30], Т.Сарбин [17]), культурно-исторической теории Л.С.Выготского [4, 19, 26], а также некоторые идеи Г.Бейтсона [1, 2]. И.Приллельтенский и Дж.Нельсон [51] считают нарративную практику формой критической практической психологии, в то время как Дж.Аллан, Б.Пиз и др. [25] считают ее формой критической социальной работы. Если относить ее к постмодернистским направлениям, важно отметить, что в таком случае речь идет об аффирмативном, а не скептическом (по Розенау [53]) постмодернизме. Возможно, более правильным было бы считать нарративную практику культурно-креативным подходом [52].

(далее…)

Read Full Post »

Соприкосновение жизней общими темами:  нарративная групповая терапия в формате работы с внешними свидетелями

Кристофер Бехан

Эта статья впервые была опубликована в специальном номере журнала «Геккон: журнал деконструкции нарративных идей в терапевтической практике», специальный выпуск «Рефлективные команды»,1999, №2

перевод Дарьи Кутузовой

В этой статье я рассказываю об опыте проведения группы поддержки для мужчин-геев на протяжении последних шести лет в контексте моей практики в Семейном институте штата Мэн (США).  Соответственно, многие из идей, которые здесь будут перечислены, имеют  наибольшее отношение к работе именно с этими людьми. Однако я постараюсь также предложить некоторые идеи, полезные, надеюсь, для любого практика, решившего проводить группу — терапевтическую или группу поддержки — в нарративном подходе. Я считаю, что о нарративной групповой терапии  написано недостаточно. Я надеюсь, что другие люди добавят к этому корпусу знаний, умений и практик свою лепту.

Изучая нарративную терапию и работая в этом подходе, я пришел к убеждению, что в центре этой работы лежит идея церемонии признания самоопределения, предложенная Барбарой Майерхоф (Myerhoff, 1978) и развитая Майклом Уайтом (White, 1995). Оба автора говорят о том, что аутентичность является результатом социального процесса, в котором признаются заявления человека о его предпочитаемой идентичности. В контексте церемонии признания самоопределения истории жизни людей объединяются вокруг общих убеждений, добровольно взятых на себя обязательств и целей. Уайт в 1995 г. описал, каким образом методика рефлективной команды может применяться для объединения жизней вокруг общих тем. Я бы хотел описать, каким образом использование терапевтических групп в качестве рефлективных команд может способствовать более насыщенному описанию жизни членов группы. В этих группах рефлективная команда состоит из равных, из участников, а не из профессионалов-психотерапевтов, что было наиболее распространенным до недавнего времени. Таким образом, терапевтическая группа становится одновременно рефлективной командой и сообществом поддержки, сообществом заботы (Madigan & Epston, 1995).

(далее…)

Read Full Post »

Нарративный коучинг в организации после самоубийства сотрудника

 

pierreПьер Бланк-Санун, коуч и консультант по развитию организаций, живет в Бордо и работает в нарративном подходе – с отдельными людьми, командами и целыми организациями. Пьер – автор книг и статей о том, как стать автором своей профессиональной судьбы. С ним можно связаться по электронной почте pierre@cooprh.com

В данной статье описывается применение нарративной практики в контексте профессионального коучинга с сослуживцами человека, совершившего самоубийство. Используя экстернализующие беседы, практики внешнего свидетельствования и некоторые вопросы из сферы нарративной работы с сообществами, автор описывает способ работы, способствовавший большей групповой сплоченности в ситуации сильного дистресса в организации.

оригинал статьи опубликован здесь: http://dulwichcentre.com.au/explorations-2009-1-pierre-blanc-sahnoun.pdf Перевод Дарьи Кутузовой

В четверг, 12 апреля 2007 года, вернувшись с работы, Жан-Луи Марки припарковал машину перед домом и достал из багажника своего «Пежо 407» охотничье ружье,  сел за руль и выстрелил себе в рот.

(далее…)

Read Full Post »

статья Шоны Рассел, Мониры Рахман, Маргарет Райан и сотрудников Фонда помощи пострадавшим от кислотного насилия, опубликованная №№3-4 Международного журнала нарративной терапии и работы с сообществами за 2006 год.

перевод Оксаны Стольниковой под редакцией Дарьи Кутузовой


Фонд помощи пострадавшим от кислотного насилия расположен в Дхаке (Бангладеш). Он оказывает помощь людям, пострадавшим от кислотного насилия. Бангладеш занимает первое место в мире по числу случаев кислотного насилия. Эта форма насилия особенно ужасна и разрушительна, если кислоту выплеснули человеку в лицо для того, чтобы лишить его привлекательности. Кислотный ожог может стать причиной серьезных и необратимых физических дефектов, которые существенно подрывают чувство собственного достоинства; пострадавшие подвергаются маргинализации и  остракизму со стороны общества. Кислотное насилие является уголовным преступлением, но в большинстве случаев  преступник остается безнаказанным из-за неэффективной работы полиции и прокураторы и их нежелания заниматься такими делами.

Большинство из тех, кто обливает своих жертв кислотой, мужчины, а большинство жертв – женщины. Исследования, проведенные в Фонде помощи пострадавшим от кислотного насилия, позволили выделить несколько причин нападения на женщин, среди них: отказ от замужества или дальнейшего развития отношений, нежелание вступать в сексуальный контакт,  вопросы, связанные с приданым девушки и внутрисемейные разногласия из-за земли. Фонд обеспечивает людей, переживших кислотное насилие, медицинским уходом, консультативной помощью, правовой поддержкой и поддержкой в  социальной реинтеграции. Второе направление организационной работы фонда включает поиск способов прекращения кислотного насилия, в частности, множество открытых образовательных программ и общественных мероприятий.

(далее…)

Read Full Post »

Лига «Деконструкция аддикции»

Статья Энтони К.

(выступление на одной из нарративных конференций)

Чтобы почтить традицию анонимности в «Анонимных Алкоголиках», подразумевающую, что члены этой организации сохраняют личную анонимность на уровне публикаций в прессе, выступлений по радио и в фильмах, Энтони решил не публиковать свою фамилию. Энтони К. живет во Флориде, США, он основатель Лиги «Деконструкция Аддикции». Информация о данной Лиге, а также некоторое количество значимых для понимания работы этой Лиги статей могут быть найдены на сайте Далвич-центра: http://www.dulwichcentre.com.au. С Энтони можно связаться через Далвич-центр.)

перевод Дарьи Кутузовой

Прежде, чем я начну, я бы хотел почтить  тех из вас, читатели этой статьи, чьи жизни были затронуты избыточным потреблением психоактивных веществ и/или аддикцией. Очень много страдания и утрат прямо или косвенно связано с использованием психоактивных веществ, и в любой аудитории, где бы мы ни находились, высока вероятность, что жизнь хотя бы некоторых из нас была затронута этими проблемами.

Практика «возвращения»

Несколько лет назад я крайне нуждался в том, чтобы пересмотреть мои отношения с психоактивными веществами… Я позвонил  в Далвич-центр и мне позвали к телефону Дэвида Денборо. Я рассказал Дэвиду, что я попал, у меня в жизни полный …тупик, ею владеют наркотики, и я ищу какой-то ресурс, который помог бы понять, как я могу использовать нарративные практики, чтобы вернуть себе свою жизнь. Дэвид очень внимательно выслушал меня  и рассказал мне о последних достижениях в сфере нарративной практики — потому что прошли годы  с тех пор, как я побывал на последнем семинаре с Майклом Уайтом.

(далее…)

Read Full Post »

От изоляции к сообществу
Сотрудничество с детьми и семьями в период кризиса


Элизабет Бакли и Филип Дектер

оригинал данной статьи находится здесь http://dulwichcentre.com.au/crisis.pdf

перевод Александры Бочавер под редакцией Дарьи Кутузовой
Филип Дектер и Элизабет Бакли – социальные работники, семейные терапевты и педагоги, работающие в Массачусетсе.

Наш контекст

В нашей части Соединенных Штатов в последние десять лет растет тенденция к психиатрическому обследованию и госпитализации детей, в поведении которых явно выражены гнев, печаль или жестокость. Эта тенденция драматически усилилась в конце 1990-х, когда в школах стала происходить стрельба. Специалисты в области образования и психического здоровья, которые легко направляют детей и подростков на психиатрическое обследованиее, стали еще чаще прибегать к этой возможности во время кризисов (Wong, 1999) в надежде предотвратить новую трагедию.

В то время мы только окончили училище социальной работы в Массачусетсе и участвовали в разных формах заботы о психическом и душевном здоровье, в том числе работали в стационарах психиатрических больниц, в составе команд, проводящих кратковременную семейную терапию на дому, и в отделениях неотложной помощи. В этих условиях мы испытывали определенное давление из-за необходимости проводить обследования, которые должны были «гарантировать», что дети в своих сообществах будут в безопасности. Это давление и вызванная им немыслимая ответственность часто делали госпитализацию в стационар единственной доступной возможностью для детей и семей, с которыми мы работали.

(далее…)

Read Full Post »

Older Posts »